56cbc3a5

Лебедев Алексей - Один В Лодке



Алексей Лебедев
ОДИН В ЛОДКЕ
Я, Артем Витальевич Рачков, находясь в здравом уме и
твердой памяти... черт, как будто завещание собрался писать!
Надо оставить эмоции, собраться с мыслями и - вперед.
Пусть даже задачи кажутся неразрешимыми. Их всего две:
предупредить о неизбежном и заставить поверить в невозможное.
Я - генетик и занимаюсь мутациями человека. Ничего
зрелищного в этом нет. Реальные мутанты - не киношные монстры,
а просто тяжело больные люди. Если установлена точная причина,
можно попытаться помочь больному... хотя эффективность генной
терапии пока оставляет желать лучшего. Денег на исследования
выделяется мало. На проблему предпочитают закрывать глаза.
И порой я искренне сожалел, что отпрыски наших вождей
и олигархов так неприлично здоровы. Еще - завидовал коллегам,
приторговывающим трансгенной флорой и фауной для нужд сельского
хозяйства. Конечно, подобные настроения не красят ученого, но
что делать, если под конец тысячелетия тебя ставят на грань
выживания, словно предка-кроманьонца в ледниковый период?
Поэтому я недолго раздумывал, когда подвернулся тот
злосчастный заказ. Мог ли я представить, чем это кончится?
Предложение исходило от некой "Академии духовного и
материального наследия евразийских народов". Помню, это
витиеватое название заставило меня усмехнуться. За годы
плюрализма всяческих Академий развелось как собак нерезаных.
Многие из них были созданы шарлатанами и мошенниками, а то
и просто психами, однако попадались там и вполне приличные
специалисты, не нашедшие себя в закостеневших структурах
официальной науки. Судя по тому, как грамотно было сформулировано
задание, имел место второй вариант.
От меня требовалось определить распространенность одной
нуклеотидной последовательности в генофонде различных народов
России и за рубежом, выяснить ее возраст и происхождение. Все
это я мог установить по ранее собранным в нашем Институте образцам,
а также путем работы с базами данных - российскими и зарубежными.
Вскоре я познакомился с представителем заказчика. Звали
его Сергеев В.В. Полковник Сергеев, как он представился, или
просто Полковник, как он просил себя называть (по имени-отчеству
этот товарищ оказался полным тезкой нового президента, что вызывало
определенную неловкость). Меня он в свою очередь почему-то называл
Доктором. Или Добрым Доктором, когда был в шутливом настроении.
Насколько я понял, Сергеев был отставным военным или
сотрудником органов. На работу в Академию его пристроили ныне
действующие коллеги. В генетике он, конечно, ничего не понимал,
но чисто по-человечески интересовался. Реакции его подчас были
странными.
Например, когда я рассказал ему про секвенирование ДНК и
полимеразную цепную реакцию - два великих изобретения последней
четверти XX века, сделанные англичанином Фредериком Сенгером и
американцем Кари Мулисом, совершившие переворот в современной
биотехнологии, - он тут же возразил: НАШИ наверняка все это
раньше придумали, да только им не дали ходу. Из осторожности
я не стал спорить. Как говорится, Россия - родина слонов...
На первый взгляд, Полковник казался человеком простым,
добродушным и общительным. И все же всякий раз после разговора с
ним у меня на душе оставался какой-то неприятный осадок. Словно
выпив стакан воды в жаркий день, обнаруживаешь на дне мертвое
насекомое. Но при новой встрече смутные подозрения развеивались
сами собой, а каверзные вопросы просто вылетали из головы.
Чем дальше продвигалась работа, тем интереснее она



Назад