56cbc3a5

Латынина Юлия - Только Голуби Летают Бесплатно



ЮЛИЯ ЛАТЫНИНА
ТОЛЬКО ГОЛУБИ ЛЕТАЮТ БЕСПЛАТНО
Анонс
Аня не была в России восемь лет из прожитых на свете девятнадцати. Восемь
лет она ждала этого звонка от своего отца, Семена Собинова — генерального
директора АО «Авиарусь» и самого лучшего на свете мужчины! Но за несколько
часов до ее возвращения из Лондона бизнесмен был убит.
Теперь дочь руководит компанией и отвечает по долгам отца. Кто стоит за
его гибелью? Начатое расследование открывает Ане другую сторону жизни отца. Кто
же он был на самом деле — солидный бизнесмен и надежный партнер или убийца и
мошенник?
Деньги не жизнь. С ними нельзя расставаться так быстро.
Ответ члена правительства талибан на просьбу российского бизнесмена
вернуть СССР долги Афганистана.
Глава первая
Москва встретила ее моросящим дождем. В Англии в это время стояла теплая,
по-осеннему дивная погода, и в Гайд-парке, куда она любила ходить гулять, на
воде плавали крупные утки, а лебеди, подбирающие корм, не разлетались, когда
мимо них пробегали утренние любители трусцы.
В Москве было сыро и темно, буквы, глядящие со здания аэропорта, пьшали в
глубине замасленных луж, и вместо того, чтобы препроводить пассажиров по рукаву
прямо в здание аэровокзала, к трапу самолета подали длинный и желтый, как
гусеница, автобус. Какая-то немка начала громко возмущаться.
— Das ist unmoglisch!(1) — кричала она.
У паспортного контроля стояла очередь, человек наверное на двести. У
очереди были большие баулы и постные лица. Стоек пограничного контроля было
всего четыре, и на двух было написано: «Для лиц, имеющих российские паспорта»,
а на других — «Для прочих лиц».
1- Да это невозможно! (нем.)
Она подбежала к началу очереди.
— Oh so sorry! — сказала она седовласому джентльмену, переминавшемуся с
ноги на ногу у рассекавшей бетонный пол черты. — I have to catch another plane.
My daddy is waiting for me in Yakoutsk(1).
Она улыбнулась, и седовласому джентльмену показалось, что под плохо
освещенным потолком зажглась еще одна лампочка.
Разумеется, он пропустил ее.
1 Ой, извините! Мне надо к другому самолету, мой папа ждет меня в Якутске,
(англ.)
Пограничник, проверявший документы, долго изучал ее красненький паспорт, а
потом нажал на какую-то кнопку. Она испугалась. Она не была в России восемь лет
— восемь лет из прожитых на свете девятнадцати, — и две русские девушки,
учившиеся вместе с ней в London School of Economics, рассказывали, что все
неприятности в России начинаются тогда, когда какое-то должностное лицо
нажимает на кнопку.
Когда рядом с ней появилась строгая сорокалетняя дама в черной юбке и
белой кофте, она испугалась еще больше. Но дама только сказала:
— Вы Анна Семеновна Собинова? Разве вы не слышали объявления? Вас
встречают в VTP-зале.
Анна с трудом поняла русскую речь.
- Me? I?
Потом она просияла и чуть не бросилась на шею даме:
— Это daddy! — закричала она, — daddy сам приехал меня встретить! Вы
увидите, все будет хорошо! Наконец все будет хорошо, я буду с ним, всегда буду
с ним!
Она влетела в VIP-зал, как шутиха, и завизжала:
— Daddy!
В зале все было очень чинно. Джентльмен в покойных креслах читал свежий
номер «Тайме». Пожилая дама в удобных туфлях на низком каблуке и длинной юбке
строчила на компьютере. Молодой человек, потягивая стакан пива, давал по
мобильнику последние распоряжения насчет сделки.
Посреди зала стоял высокий сухощавый человек, очень старый — лет тридцати
шести. У него были светлые волосы и глаза цвета горького шоколада. На нем были
дорогой с



Назад