56cbc3a5

Ларионова Ольга - Соната 1 2 3



ОЛЬГА ЛАРИОНОВА
1. СОНАТА МОРЯ
2. КЛЕТЧАТЫЙ ТАПИР
3. ЛАБИРИНТ ДЛЯ ТРОГЛОДИТОВ
1. СОНАТА МОРЯ
"Люди забыли эту истину, - сказал
Лис, - но ты не забывай: ты навсегда
в ответе за всех, кого приручил".
Антуан де Сент-Экзюпери
- Аппаратура в котором контейнере? - кричал мулат в кожаных штанах,
скаля на солнце тридцать два золотых зуба и запрокидывая голову, чтобы голос
его долетел до носовой части гигантского корабля, такого одинокого и
чужеродного на этой нецивилизованной планете.
- В шес-то-о-ом! - донеслось из поднебесной вышины. - Скажи кибам, чтоб
платформу подавали!
- Я са-а-ам!
Обладатель кожаных штанов обернулся и только тогда увидел Варвару, еще
не вышедшую из кабины пассажирского лифта. Несколько секунд он оторопело
взирал на нее, потом почесал за ухом и достаточно нелюбезным тоном изрек:
- Так. А дед где?
Варвара поймала себя на том, что ей тоже хочется почесать за ухом. Хм,
дед. Пилот-механик был по-старчески брюзглив, штурман-пилот - бородат,
механик-штурман - лыс, но седина подразумевалась. Значит, дедом могли
назвать любого.
- Дед наверху, - коротко ответила она.
- Превосходно!!! - возопил мулат, словно в одном факте существования
"деда" уже заключалось нечто феерическое.
На сем диалог прервался, потому что он метнулся в кабину громадного
контейнеровоза - такого Варвара ни разу на Большой Земле не видела, -
прогнал оттуда золотого членистоногого киба (да что у них тут, золотые
россыпи, что ли?) и начал осаживать грузовик прямо к швартовочным опорам
корабля с такой демонстративной лихостью, которая довела бы земного
инспектора по технике безопасности до невменяемого состояния. "Вот сейчас
либо машину покалечит, либо груз примет мимо платформы, - с непонятно откуда
взявшимся раздражением подумала Варвара. - Ну, а мне-то что? Мне вот давно
пора совершить исторический шаг и ступить, наконец, на девственную почву
этой первой в моей жизни далекой планеты, занесенной в звездные каталоги под
именем Земли Тамерлана Степанищева. А то я торчу тут на пороге лифта, как
вечерняя фиалка, повергая космодромный персонал в изумление своей
нерешительностью..."
И она совершила исторический шаг.
Правда, девственная почва оказалась рукотворным шершавым бетоном, а
космодромного персонала вообще не было видно, но что могли значить такие
мелочи перед счастьем стоять на твердой земле? Несмотря на усиленные
тренировки, Варвара, не без основания считавшая себя человеком крепким и
закаленным, перенесла полет без восторга, а процедура посадки оказалась и
вовсе тошнотворной маятой. И вот теперь ее тело, совсем недавно сжатое
перегрузкой в нервный. ощетинившийся комок, только-только начало обретать
былую чуткость и восприимчивость. Глаза широко и удивленно раскрывались.
Ветер доносил непредставимые доселе запахи. Кожа теплела под тугим напором
лучей. Вот она, чужая земля. Враждебная? Дикая? Нет, скорее наоборот -
дружелюбная, доверчивая, как ластящееся животное.
Она еще немного постояла, проверяя, прошло ли головокружение. Прошло.
Тогда она шумно вдохнула пряный прохладный воздух и пошла к веренице
ожидающих погрузки контейнеровозов.
- Э-э, осторожненько! - крикнули сзади.
Она обернулась, и прямо в глаза ей ударил ослепительно желтый луч
света. Не медовый, не лимонный - золотой до осязаемости. "Прямо не
космодром, а танцплощадка какая-то", - подумала Варвара. Ни танцев, ни
цветной иллюминации она отродясь не терпела. Пришлось заслониться ладошкой и
попятиться так, чтобы навязчивый маскарадный прожек



Назад